Гуляла с Грифелем и вдруг увидела в траве коричневую шляпку гриба. Автоматически сорвала, хотя один гриб совершенно ни к чему. Это оказался молодой крепкий подберезовик. Последние дни стояли солнечные и довольные теплые, поэтому сезон грибов затянулся. Подумала, что подберезовик выбрасывать жалко, придется сходить на часок в лес, набрать грибов хотя бы на суп. Сказано — сделано.
Недалеко от моего дома начинается дорога на автозавод. Завод за городом, идти туда не более получаса, многие ходят пешком. Только зашла в лес, смотрю, справа от дорожки что-то лежит на земле. Показалось, что волк. В последнее время часто говорят, что в лесах развелось много зверей, которые подходят близко к жилью. Недавно говорили про медведицу с медвежонком, которая вышла к деревне неподалеку. Стало страшно. Пусть волк и мертвый, но от ощущения, что я одна в лесу стало очень тревожно. Присмотрелась, это не волк, а мертвая собака. Крупная, похожая на хаски или маламута. Рядом проезжих дорог нет, то есть это не жертва наезда. Только лесная дорожка, по которой машины не ездят. Или собаку ранили, а потом она сама сюда забрела или больное животное пришло сюда умирать.
Больше лес уже не радовал. Хотелось пофотографировать осенней яркости, солнца на траве и в листьях берез, последней брусники, но уже ничего не хотелось. Сорвала несколько польских боровиков, лисичек и пошла домой, огибая то место, где нашло последнее пристанище животное.